­РЕМЕСЛО КОРОЛЯ

Короли часто вынуждены действовать вопреки своим склонностям,
совершать поступки, не свойственные их доброй натуре, поскольку
интересы государства должны всегда быть превыше всего… Нет ничего
опасней слабости, какой бы она ни была… Ремесло короля – великое,
благородное, дивное ремесло, особенно для того, кто чувствует себя
способным достойно выполнять свои обязанности; но это ремесло
не лишено трудностей, волнений, чрезвычайно утомительно.
Людовик XIV
Я во всём хочу следовать примеру усопшего короля, моего прадеда.
Людовик XV, 1726 год

   Простаки не понимали, из-за чего в тот момент, когда народы Европы голодали, на парижских воротах красовалась большая золотая надпись «Людовик Великий». Однако она являлась одним из многочисленных символов активной и удачной политики короля Франции, несколько раз за своё долгое правление воевавшего практически со всеми народами европейского континента. Немецкий философ Лейбниц, не раз хорошо отзывавшийся о Людовике XIV, преклонялся перед его политическим и военным гением и называл его журавлём, которого «следует благодарить за то, что он соблаговолил пожрать жалкое лягушечье царство (Германию. – М.С.)».
    Но Людовику XIV пришлось поднимать оружие не только против иностранных держав (если не считать политику «присоединений», всего в правление Людовика XIV велось четыре войны), но и против своих подданных. Детские годы короля прошли в пучине гражданской войны, невольным участником которой он стал (именно тогда юный Людовик впервые и принял участие в сражении). Но и это не всё.


Аудиенция, данная Людовиком XIV генуэзскому дожу в Версале, май 1685 года.

   Согласно укоренившейся в исторической науке точке зрения, в 80-е годы XVII века, желая покончить с гугенотами внутри своего королевства, Людовик якобы насылал отряды драгун на своих подданных, не принадлежащих к истинной католической вере. В некоторых провинциях королевства действительно прибегали к насильственному обращению в католическую веру посредством драгонад, однако их инициаторами выступили военный министр короля Франции Франсуа-Мишель Летелье, маркиз де Лувуа (1641—1691) и несколько рьяных интендантов провинций. Однако это нисколько не снимает вины с короля, чьи советники и чиновники позволили такое.
    Как уверяет Ф. Блюш, всякие обыкновенные доводы в пользу проводимого политического курса (это касается как внутренней, так и внешней политики) лишаются силы ввиду божественной миссии французского монарха, одной из целей которой было возвращение всех подданных в лоно истинной католической церкви. И на тот момент (позади остались десятилетия Религиозных войн XVI века и череда военных конфликтов внутри страны с гугенотами первой половины XVII века) именно Людовик XIV был призван к возрождению христианского мира.